Судебная практика стороны защиты
Полезное

Когда оперативная комбинация образует провокацию сбыта наркотика

Адвокат Фомин Михаил Анатольевич

«Когда оперативная комбинация образует провокацию сбыта наркотика»

 

ФЗ «Об оперативно розыскной деятельности» № 144-ФЗ не дает определение и не раскрывает, что содержится под понятием «оперативная комбинация». Однако с такими действия оперативных служб знакома судебная практика, исходя из которой можно определить, что под «оперативной комбинацией» следует понимать разработанный оперативными службами план действий, состоящий из придуманной легенды, направленной на выявление заподозренного в сбыте наркотика лица, и привлечение к ее воплощению гражданских лиц и собственных разносторонних возможностей, начиная от простой слежки и наблюдения до оперативного внедрения. Однако, не всегда такая оперативная комбинация является законной. Поэтому в тех случаях, когда оперативная комбинация свидетельствует о провокационном характере действий оперативных служб, то полученные при ее воплощении результаты не могут быть использованы при доказывании фактических обстоятельств дела.

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ

от 14 марта 2013г.

Дело № 13-Д 13-6

(извлечение)

 

Приговором Моршанского районного суда Тамбовской области от 3 июня 2011г. В. осужден по ст.ст.30 ч.3 и 228.1 ч.3 п. «г» УК РФ (три эпизода) к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Тамбовского областного суда от 12 июля 2011г.  приговор в отношении В. оставлен без изменения.

Постановлением президиума Тамбовского областного суда от 19 июля 2012г. в приговор и кассационное определение внесены изменения: исключено указание об осуждении Воронина А.В. по фактам незаконного сбыта наркотических средств - 4 и 22 июня 2010 года на основании ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления; постановлено считать В. осужденным по ст.ст.30 ч.3 и 228-1 ч.3 п. «г» УК РФ к 8 годам лишения свободы.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к выводу о необходимости пересмотра состоявшихся в отношении В. судебных решений.

В соответствии с требованиями ст.1 ч.3 УПК РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. При этом, в случаях, когда международными договорами Российской Федерации установлены иные правила, чем те, что предусмотрены Уголовно-процессуальным кодексом, применяются правила международного договора.

Согласно положений п.1 ст.6 Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» каждый, в случаях спора о его гражданских правах и обязанностей или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Изложенные положения о справедливости судебного разбирательства предполагают законный и справедливый способ получения доказательств по уголовному делу.

Из материалов настоящего уголовного дела следует, что для получения доказательств сбыта В. наркотических средств сотрудниками УФСКН была использована помощь Р., действовавшего в рамках проводимых оперативных мероприятий.

Оперативное мероприятие в отношении В. проводилось 28 мая 2010 года на основании полученной сотрудниками УФСКН оперативной информации о том, что В. сбывает - гашишное масло. При этом отмечено, что В. «ведет себя осторожно, внешне не проявляя признаков преступной активности и не предлагая наркотическое средство незнакомым лицам». Именно в связи с указанной информацией было принято решение об оперативном внедрении и проведении проверочных закупок.

Согласно п.4 ч.1 ст.6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» - проверочная закупка предусмотрена как один из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

В силу положений ст. 7 указанного Закона основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются: наличие возбужденного уголовного дела, ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела; событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации; лицах, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда или уклоняющихся от уголовного наказания; лицах, без вести пропавших, и об обнаружении неопознанных трупов.

Таким образом, необходимым условием законности проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка наркотических средств» является соблюдение законных оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст.7 Федерального Закона от 12 августа 1995 года №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», и выполнение требований ч.7 ст.8 указанного Федерального Закона, в соответствии с которым, проверочная закупка веществ, свободная реализация которых запрещена, проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно- розыскную деятельность.

При этом результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Признавая В. виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, суд не принял во внимание, что в имеющихся материалах оперативно-розыскной деятельности, в том числе и в постановлении о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей, отсутствуют конкретные сведения о том, что В. занимается сбытом наркотических средств или готовится к нему.

Не могут свидетельствовать о наличии сведений о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния и показания свидетелей - сотрудников УФСКН П и Б., из которых следует, что в их отдел стала поступать информация о том, что В. причастен к незаконному обороту наркотиков, являясь как потребителем, так и сбытчиком. Он изготавливает дезоморфин по месту жительства, который сам и употребляет. С целью документирования преступной деятельности В. было принято решение о проведении ряда оперативных мероприятий. Была проведена оперативная комбинация, в результате которой через соседку В. – Л., которая также была потребителем наркотических средств, была запущена дезинформация о том, что якобы ее муж, отбывающий наказание в ИК, пытается связаться с В. С помощью этой дезинформации состоялась встреча Р. - сотрудника УФСКН с В., в ходе которой Р. сообщил В., что желает приобрести наркотическое средство для осужденных ИК. В. согласился. После этого, 28 мая 2010г. В. изготовил гашишное масло и передал его Р.

Аналогичные показания дал и свидетель Р.

Из показаний самого В., признанных судом достоверными, усматривается, что он не занимался сбытом наркотических средств, а по просьбе соседки Л. встретился с Р. Именно Р. сказал ему, что муж Л. просит его изготовить гашишное масло. Он согласился, так как хорошо знаком с мужем Л. Изготовив гашишное масло, он продал его Р. Номера своего телефона он при этом не оставлял.

Из показаний свидетеля Л. следует, что ей позвонили якобы от мужа, находящегося в колонии, и сообщили, что к ней придет человек, которого она должна познакомить с В. Она поняла, что встреча с В. должна состояться по вопросу сотовых телефонов.

Таким образом, в показаниях допрошенных судом свидетелей отсутствуют какие-либо сведения о том, что В. ранее занимался сбытом наркотических средств или готовился к нему, имел при себе наркотические средства.

Показания сотрудников УФСКН об имеющейся у них информации в отношении В. не подтверждаются доказательствами, непосредственно исследованными в судебном заседании, отсутствуют такие доказательства и в материалах о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

При таких обстоятельствах следует признать, что оперативно-розыскное мероприятие в виде проверочной закупки наркотических средств у В. уже 28 мая 2010г. было проведено при отсутствии предусмотренных ст.7 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» законных оснований, поскольку отсутствовали свидетельства того, что до внедрения РА самими сотрудниками УФСКН, у этих сотрудников имелись законные основания подозревать В. в распространении наркотических средств.

Сами по себе постановления о проведении оперативно-розыскных мероприятий - «оперативное внедрение» и «проверочная закупка» о наличии информации о том, что В. занимается незаконным сбытом наркотических средств, ничем не подтверждены и не могут служить достаточным основанием для вывода о том, что осужденный занимался и занимается незаконным сбытом наркотических средств и совершил бы данное преступление без внедрения и привлечения оперативного сотрудника Р. по просьбе которого В. и изготавливал наркотическое средство.

Отсутствуют в материалах дела и какие-либо данные, свидетельствующие о том, что В. ранее совершал аналогичные преступлений с участием других лиц.

Из требований справедливого суда и ст.6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» следует, что общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате подстрекательства со стороны полиции, поскольку таковое с самого начала подвергало бы обвиняемого риску окончательного лишения права на справедливое судебное разбирательство.

Согласно ст.75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального Кодекса, являются недопустимыми.

Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст.73 УПК РФ.

При изложенных обстоятельствах Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии достаточных и достоверных доказательств виновности В. в покушении на незаконный сбыт наркотического средства 28 мая 2010 года.

Обвинительный приговор в отношении В. и последующие судебные решения по настоящему уголовному делу подлежат отмене, а уголовное дело прекращению на основании ст.ст.24 ч.1 п.2; 27 ч.1 и.2 УПК РФ.

В связи с принимаемым по настоящему уголовному делу решением, за В., на основании положений ст.ст.133 и 134 УПК РФ, Судебная коллегия признает право на реабилитацию.

На основании изложенного,  Судебная коллегия определила:приговор Моршанского районного суда Тамбовской области от 3 июня 2011г., кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Тамбовского областного суда от 12 июля 2011г., постановление президиума Тамбовского областного суда от 19 июля 2012г. в отношении В. отменить, уголовное дело прекратить на основании ст.24 ч.1 п.2 и 27 ч.1 п.2 УПК РФ.

Освободить В. из-под стражи.

Признать за В. право на реабилитацию в связи с необоснованным уголовным преследованием.

Полезное
Судебная практика стороны защиты
 

Фабрика сайтов